Главная >> Новости Солигорска >> Наши "Ангелы": как молодой тракторист из Солигорска собрал полсотни волонтеров и ищет пропавших людей

Наши «Ангелы»: как молодой тракторист из Солигорска собрал полсотни волонтеров и ищет пропавших людей

$ |

Илья работает трактористом, а в свободное время — руководит поисковыми отрядами «Ангел» сразу в двух городах, родном Солигорске и соседнем Слуцке, и спасает потерявшихся людей. Так получилось случайно: Илья сделал перепост в соцсети о пропавшем соседе — и ему сказали «теперь ты главный». И он согласился. Правда, тогда у Ильи не было ничего для поиска потерявшихся людей: ни команды, ни знаний, ни оборудования. Он вообще не знал, что для поисков нужно какое-то оборудование. Но за семь лет Илья сделал почти невозможное. Теперь рядом с ним надежная команда обученных поисковиков.

 


 

Они помогли найти 50 человек. Каждого помнят по фамилии, радуются, если спасли, и грустят, когда нашли слишком поздно. Они — не супергерои. Учительница, администратор СТО, специалист отдела кадров и еще полсотни волонтеров. У каждого — свои семьи, повседневные заботы и хлопоты. Но они не могут остаться в стороне и в любое время суток готовы поехать спасать того, кому нужна помощь.

 

...

«Я уезжаю, нужен новый координатор, им будешь ты». Как тракторист Илья стал главным в отряде. 

 

Началось все семь лет назад, Илье Довиденко тогда было 23. Работал трактористом, возил грузы на рудниках Беларуськалия, в свободное время ходил на рыбалку и играл онлайн-игру «Смутные времена». Однажды в интернете увидел фото своего соседа с подписью «Пропал человек». 

— Я не вникал, что к чему, на поиски не ездил. Просто сделал репост и сам не понял, что сделал. 

Соседа не нашли. Но Илье стало интересно, кто вообще ищет пропавших людей и как они пропадают. Стал выяснять и узнал, что в Минске уже год существует поисково-спасательный отряд «Ангел», волонтеры которого и ищут пропавших людей. Потом обнаружил вконтакте группу «Ангел» для жителей Солигорска. Нажал кнопку «вступить». 

 

— Со мной связался координатор отряда и сказал, что я принят. А через неделю он мне написал: «Я уезжаю, нужен новый координатор, им будешь ты».  

 

 

 

Илья ждал, что его познакомят с остальными, расскажут, что делать. Но координатор  уехал, время шло, а ничего не происходило. 

— Я сначала сидел ровно, ждал чего-то непонятного. Была мысль плюнуть, но раз уж взялся, надо делать. И решил сам разобраться, кого я тут координирую. 

Оказалось — никого. Илья написал каждому участнику группы. Ответ, если и приходил, был примерно таким: «На поиски никогда не ездил». Илья даже растерялся: группа есть, а людей в ней — нет. 

— И тут — бац — отвечает мне Миша. Мол, да, однажды участвовал в поисках в Минске. Я так обрадовался! Подумал, ну, слава Богу, хоть одного нашел, хоть кто-то у меня в отряде есть. 

Мишу назначили замом, и ребята стали придумывать стратегию развития отряда. Пошли в местный телеканал, в интернет-порталы. СМИ откликнулись: написали статью, выпустили ролик. Молодые люди рассчитывали, что благодаря этому в команду придут волонтеры, начнут поступать заявки от родственников пропавших. Но не вышло — никто не отозвался. 

 

...

«Я понятия не имел, как людей ищут». Как Илья верил.

 

С минскими поисковиками Илья не связывался. Думал, что они даже не подозревают о его существовании. Но оказалось, что знали: однажды они позвонили Илье и сказали, что получили заявку из Солигорска — пропала пожилая женщина. Попросили связаться с милицией, организовать людей. А позже приехали сами.   

— Не знаю, что они тогда про меня подумали. Я вообще понятия не имел, как людей ищут, это было видно. Я даже не знал, что для поисков надо какое-то оборудование. А у них уже были навигаторы, компасы, рации, жилеты, они выстроились в цепочку — реально знали, что делать. Меня зацепило, что я ничего этого не умел. 

Пропавшую женщину не нашли. Зато в отряде появились первые волонтеры — из числа тех, кто помогал искать. Илья познакомился с милицией — через несколько лет они будут плотно работать вместе. А еще Илья понял, что делать дальше. 

Но в ближайшие несколько лет отряд жил больше в голове Ильи, чем в реальности. Молодой мужчина по-прежнему работал на тракторе, по вечерам и выходным ходил на рыбалку и играл в онлайн-игры. На поиски отряд почти не звали. Можно было подумать, что люди в Солигорске вообще не пропадают. 

— На самом деле пропадают, еще как. За 2019 год у нас было 38 выездов.  Просто обычно про это никто не знает, кроме милиции. 

Илья периодически звонил в милицию, напоминал об отряде, предлагал помощь. Иногда про них вспоминали в милиции или родственники пропавших. Так получалось  «наскрести» 3-4 поиска в год. Но Илья не унывал, а люди в отряде добавлялись: после поисков Илья всегда встречался с родственниками и знакомыми пропавших, которые помогали искать, предлагал вступить в отряд. 

 

...

Две рации и 10 волонтеров. Как отряд стал похож на отряд.

 

Так за пару лет удалось «сбить» команду из 10 человек. В ней появились люди с машинами: до этого транспорта ни у кого не было, добирались на чем придется. Теперь просто скидывались на бензин — и вперед. Собственно, и сейчас — спустя семь лет —  ничего не изменилось.  

— Чего только наши машины не видали. Едешь по лесным ямам и думаешь, как бы не перевернуться или не застрять. А машина потом такая грязная, будто на ралли побывала. 

Во время поисков разбивались на две группы. Связь между собой держали через программу в телефоне. Есть интернет — есть связь, нет интернета — нет связи. А в лесу интернета обычно нет. 

— Это ж не дело — поисковые группы без оборудования и связи. Слава Богу, что ни разу никто не заблудился. Я все время говорил нашим: «Ребята, нам нужны рации, давайте скинемся и купим».

В итоге нашли человека, который по дешевке из семи сломанных раций собрал две работающие. Еще два года это было единственным оборудованием в отряде. 

 

О том, как правильно искать людей, команда узнавала по-разному. Что-то подсказывала милиция, что-то вычитывали в интернете, но в основном все знания получали из опыта, набивая собственные шишки. 

— Никогда не забуду, как к нам приехала на поиски компания пьяных людей. Еле их выпроводили из леса. Однажды в пяти километрах от дома нашли дедушку, который по словам родных дальше 500 метров не ушел бы. Или еще история: пропал мальчик — уехал на велосипеде к бабушке в Бобруйск. Его и нашли в Бобруйске через пару часов с этим велосипедом. После этих чудес нам стало ясно, что прорабатывать надо и самые невероятные версии.

Когда отряду в Солигорске было уже 4 года, поисковики из «Ангела» организовали республиканские учения. Илья поехал. 

— Вот тогда я был в шоке, что так много не знал. Мы делали кучу ошибок, даже в элементарном перестроении: сбивались в кучу, путались и не закрывали территорию целиком.  Молчу уже, что некоторое оборудование первый раз в жизни видели, не умели им пользоваться.  

На тех учениях Илья и его команда получили первый подарок от «Ангела» из Минска — генератор. Удивились, обрадовались и поняли, что их ценят. Сергей Ковган — руководитель отряда — говорит, что так и было:

 

— Мы даем оборудование только тем отрядам, которые реально работают, где точно знаем, что лежать оно не будет. А они работали.

Новые знания и оборудование пригодились — милиция все чаще звала отряд на поиски. Периодически ездили помогать искать людей в Слуцке, Узде, Копыле. Волонтеров из Минска вызывали только в крайних случаях, когда нужно было специальное оборудование. А в основном справлялись сами. 

Если нужны были дополнительные силы, Илья звонил Оле — координатору отряда в соседнем Слуцке. Впервые они встретились в далеком 2012-м году, на первых для Ильи поисках. Мужчину тогда поразило, что Оля знала, что делать, была у нее команда людей и даже жилеты с надписью «Поисково-спасательный отряд г. Слуцк». Илья тоже так захотел. 

— Да, тогда включилось такое соревнование, кто круче будет. А потом мы так спелись! Я ей звонил, бывало, просто поболтать: поговоришь — и хорошо. Понимаешь, что у всех поисковиков одни и те же проблемы. На поиски постоянно друг к другу ездили. Мы вообще не делили территорию: надо помочь — помогаем. 

Потому, когда у отряда в Слуцке возникли сложности, Илья был первым, о ком подумала Оля.  

 

...

«Он жив только потому, что мы все туда приехали». Как агроном Оля стала искать людей.

Оля оказалась в отряде «Ангел» случайно. Она 10 лет проработала агрономом в колхозе. Привыкла, что нет ни одной свободной минуты, выходные случались только зимой — в промежутке между уборочной и посевной. А потом стала преподавателем колледжа, появилось свободное время, и Оля просто не знала, чем себя занять. 

Однажды в деревне Сеница под Минском, где жила и преподавала Оля, пропала девочка-подросток. Студенты стали ее искать, Оля пошла с ними. Так и познакомилась с волонтерами «Ангела», который возник несколько месяцев назад. Потом Оля поехала на вторые поиски, на третьи. 

— Никогда не забуду одни из первых городских поисков. Пятые сутки искали преподавателя БГУ, у которого случился нервный срыв. Разбились на две группы, распределились по двум разным районам. Мужчину нашли — его заметил волонтер из второй группы. В скорой сказали, что еще час, и он бы умер от обезвоживания. Мы сначала очень радовались, что нашли его. А дома меня «накрыло». До меня вдруг дошло: он жив только потому, что мы все туда приехали.  Если бы нас было меньше даже на одного человека, все могло бы пойти иначе. 

С того момента старалась не пропускать ни одни поиски. Свободного времени опять не осталось: после пар, в выходные, по ночам ехала искать людей. К концу первого года уже водила группы, имея за плечами 60 выездов. 

За год освоилась: сшила себе поисковой костюм, купила удобные берцы. Это сейчас у «Ангела» есть полевая кухня, оборудование и транспорт. А в первый год Оля всегда знала, что перед выездом надо не забыть заправить машину, взять с собой фонарик и еды побольше. 

— Бывает, едешь в лес, знаешь, что народ там уже трое суток сидит, и тащишь огромную ссобойку — макароны, тушенку, хлеб. Все съедали мигом, такие счастливые были от этих «Роллтонов». 

Не было в отряде и оборудования. Но народ выкручивался как мог. Например, чтобы точно знать, что проверили всю территорию, нужны специальные навигаторы, которые записывают данные. Потом эти данные можно перенести на компьютер и сделать специальную карту. Но тогда денег на них не было. 

— И мы купили собачьи GPS-ошейники. Их одевали на руки старшие группы. На ноутбуке автоматически писалось, где они шли. Когда старший группы останавливался, на мониторе выскакивало сообщение: «Собака в стойке». В штабе очень веселились в эти моменты. 

 

...

«Ерундой какой-то занимаешься». Как Оля создала отряд в Слуцке.

 

Региональных отрядов тогда почти не было, и поисковики из Минска ездили по всей стране. Сергей Ковган — руководитель отряда — не пропускал ни одни поиски и организовывал абсолютно всю работу: начиная от ориентировок, заканчивая построением в лесу. 

— Когда из-за такой нагрузки он стал терять одну работу за другой, мы поняли, что надо что-то менять. 

Так и появились координаторы по лесным и городским поискам. А Оля решила организовать отряд в своем родном Слуцке. Столкнулась там с типичными проблемами: про отряд никто не знал, на поиски их не звали, волонтеров найти было сложно, оборудования не было. 

Зато один слуцкий бизнесмен узнал про отряд и сделал 20 светоотражающих жилетов с надписью «Поисково-спасательный отряд. г. Слуцк». Поисковики ими очень гордились. 

— Только носить их некому было! Хоть по 3 за раз напяливай! 

С большим трудом удалось «сбить» команду из пяти человек. Эти люди еще несколько лет были почти единственными поисковиками в Слуцке. В то же время в соседнем Солигорске дело пошло лучше: людей в отряде там становилось все больше. 

— Запомнились мне поиски одной бабушки. Ребята из Солигорска приехали нам помогать. Их было много, они шли рядом, уверенно, спокойно как стена. Я тогда такую силу почувствовала! 

Иногда милиция давала задание просто расклеить ориентировки по городу. Расклеивали. Правда, частенько по дороге домой обнаруживали, что дворники их уже сорвали. 

— Один мой знакомый увидел меня с этими ориентировками, посмеялся: «Что тебе делать нечего? Ерундой какой-то занимаешься».  А через месяц звонит он мне и говорит: «У сестры случилась беда — подруга пропала, помоги». 

 

...

«От такого я бы и сама сбежала». Как Оля искала жену своего будущего мужа.

 

Оля помогла. Объединились с милицией, развернули поиски. Волонтеры выяснили у соседей информацию, которую те постеснялись рассказать милиции. В итоге   женщину нашли в России: жива, здорова, влюбилась, уехала к другому. Здесь — в деревне Шишчицы под Слуцком — у нее остался муж Саша и трое детей. 

Оля с ней связалась и уговорила приехать на один день — хотя бы решить организационные вопросы. И поехала в Шишчицы рассказать об этом брошенному мужу.  

— Я думала, может, он захочет с ней встретиться, помирятся. А вышел Саша — весь серый, какой-то замученный, в рабочей одежде. Страх. Я тогда еще сказала другу: «Да от такого я бы и сама сбежала». 

 

 

Сашу можно понять — у него был не самый удачный период в жизни. Поиски уже бывшей жены почти не помнит, говорит, было не до того. В тот день, когда она исчезла, мужчина помогал в колхозе резать корову. На одежде осталась кровь. Милиция мгновенно это обнаружила. Саша стал главным подозреваемым.

— На мяне сразу наручники надзели, а тут увесь дом перарыли, гараж, сарай, агарод. Думали, я яе забiў. 

Сама того не зная, Оля ускорила возвращение Саши домой. Но Саша еще долго приходил в себя. Хотел отвлечься, куда-нибудь уехать, уйти, но куда тут уедешь далеко — трое детей. И тут вспомнил про поисковой отряд.  

— Я падумаў, што можна ж з імі ў лесе галаву праветрыць. Ну, і напісаў Оле. 

Через неделю Саша вез Олю на поиски в Солигорск. А через полгода — привез ее к себе домой уже в качестве будущей жены. Оля вмиг стала многодетной мамой. А еще через год родила четвертого ребенка — дочку. 

 

...

«Кто-то футбол любит, кто-то хоккей, а мы любим людям помогать». Как живет отряд, которого могло не быть.

 

Саша стал волонтером — периодически ездит на поиски. Теперь не для того, чтобы проветрить мозги. 

— Если есць врэмя, еду. Чаму не памагчы людзям?!

А вот Оля физически не успевала больше управлять отрядом. Даже когда нет поисков, нужно репостить ориентировки, отслеживать новости, держать контакт с милицией, развивать отряд, привлекать новых людей, искать оборудование. А Оля теперь все время была занята детьми, домом, работой. 

Но если нет координатора, нет и отряда: организовывать на поиски, вести группу, общаться с милицией некому.

Когда все стало потихоньку рушиться, Оля поняла, что надо срочно спасать ситуацию. Позвонила Илье и предложила забрать отряд под свое крыло. Илья согласился. 

Сейчас в Слуцке уже семь волонтеров, в Солигорске — 65. На поиски постоянно выезжает 40, но, если надо, цифру быстро удвоят — подтянут знакомых, друзей, родных. 

Чтобы не терять заинтересованных людей и сплотить команду, Илья раз в месяц проводит собрания. Сначала собирались в кафе. Потом перестали помещаться за один столик и решили встречаться на улице. Но однажды, когда на встречу пришло человек 20, приехала милиция. С тех пор собрания происходят в одной из школ — Илья договорился с администрацией, там пошли навстречу. 

Недавно сняли офис, появилось оборудование. Из Минска передали специальные мощные фонари, прожектор, компасы и квадрокоптер. Но и сами волонтеры постоянно скидываются на покупку нового оборудования. Так появились в отряде рации, навигаторы, жилеты, часть фонарей и компасов, а недавно купили ноутбук.  

— Я не воспринимаю поиски как хобби, для меня это — вторая работа. Делать ее надо качественно. Раз не нашли спонсоров, покупаем. А развиваться надо. 

Уже два года Илья проводит местные учения для тех, кто не попал на республиканские учения. А еще команда Ильи договорилась с батюшкой в местной церкви, чтобы ближе к весне провести лекции для прихожан. Среди них — много пожилых людей, которые любят собирать грибы и ягоды. И нередко теряются в лесу, даже если думают, что знают его хорошо. Поисковики хотят объяснить, что делать, если потерялся в лесу, и что брать с собой в лес.

Понятно, что в одиночку он ничего бы не сделал. У Ильи — надежная команда. Алёна организовывает собрания, благотворительные акции, делает ориентировки. Наташа может заменить Илью на поисках и организовать любую группу. Еще одна Наталья незаменима в работе со СМИ. Есть техник, который следит за исправностью оборудования. И много кто еще. 

— За эти годы у нас в отряде побывало 120 человек. Кто-то потом ушел: завел семью, сменил работу, переехал, устал, выгорел. Причин много. Но всегда есть люди, на которых можно опереться. И многие из них со мной много лет. 

 

— Помните, как мы судью искали? Целый месяц!

— Полтора не хочешь?! Каждый день в лесу были. 

— Да, утром на работу, а после работы в лес как на работу. 

— А Шелега помните? 11 дней из леса не выходили. 

— Да, я тогда в отпуске был как раз, вот и просидел в лесу. 

Каждого пропавшего в отряде помнят по фамилиям. Каждого найденного — тоже. Грустнеют, когда вспоминают тех, кого нашли слишком поздно. Смеются, ругаются. Говорят, что любят искать.

— Кто-то футбол любит, кто-то хоккей, а мы любим людям помогать. Мы здесь живем. Кто, если не мы, это делать будет? 

 


 

Помочь отряду может каждый из вас. Как это сделать? Простая инструкция - по ссылке в первоисточнике.

 

Источник - проект Имена