История Елены Радюк – свидетельство войны, которое нельзя оставлять только на страницах семейного архива
Есть истории, которые читаешь – и долго не можешь перейти к следующей строке. Не потому, что в них много громких слов. Наоборот. Там всё очень просто: дом, родители, деревня, дорога, ребёнок. И война, которая в один день отняла всё привычное.
О подвиге белорусских женщин в годы Великой Отечественной войны сегодня говорят много. Они воевали наравне с мужчинами, уходили в партизаны, помогали подпольщикам, трудились в тылу, переживали оккупацию, голод, страх и разлуку с близкими. Многие были угнаны на принудительные работы в Германию.
Давид Пешко с Жанной Николаевной Малаш.
Но за общей историей всегда стоит конкретная человеческая судьба.
Именно такую судьбу решил исследовать учащийся 6 класса Величковичской средней школы Солигорского района Давид Пешко. В рамках подготовки к районному конкурсу исследовательских работ «Под знаком XXI века» он выбрал тему «Женское мужество: белорусские женщины в годы Великой Отечественной войны».
Юный исследователь встретился с Жанной Николаевной Малаш – дочерью Елены Георгиевны Радюк, которая в годы войны была угнана на принудительные работы.
Вопросов у Давида оказалось немало. Как сложилась судьба Елены Георгиевны? Что ей пришлось пережить? Как она смогла выстоять? Что было после освобождения?
Ответы нашлись в воспоминаниях самой женщины, которые её дочь записала 10 мая 2003 года.
Елена Ведёрко (в девичестве Радюк).
«Мне было 16 лет»
Елена Радюк родилась 15 ноября 1925 года. Когда началась война, ей было шестнадцать.
В феврале 1943 года в Копацевичи, которые в то время относились к Старобинскому району, пришли немецкие войска и сожгли деревню вместе с жителями.
Отец Елены понимал, что происходит, и успел спрятать дочь в стогу сена. Наказал: если начнут стрелять – бежать к лесу. Но не вставать во весь рост, а ползти. Так она и спасалась.
«Было очень много снега, я долго ползла, было очень страшно, слышны были крики, автоматные очереди, выстрелы», – вспоминала женщина.
Она добралась до Заглинного. Знакомые помогли перевязать израненные ноги, дали одежду и еду. Вместе с девушкой по имени Поля Елена с трудом добралась до Старобина. Обмороженные ноги долго болели и гноились. Её приютили чужие люди.
«У Поли в Старобине были родственники, и она ушла к ним жить, а я осталась жить в доме Клавдии Шибко. Добрые люди вылечили мои ноги, которые были обморожены и сильно гноились, – продолжила рассказ женщина.
Казалось бы, самое страшное уже позади. Но война не отпускала.
Ведёрко Е.Г. вторая слева.
В конце 1943 года Елену арестовали. Её заподозрили в намерении уйти к партизанам. После избиения и трёх суток в подвале девушку отпустили.
А весной 1944-го пришёл новый приказ – ехать.
На подводах вместе с другими людьми её повезли в неизвестность. Несколько дней в дороге, ночёвки прямо на возах. Потом – чужой дом, тяжёлая работа и постоянный страх.
Доить коров. Работать в саду. Полоть. Возить снопы. Делать всё, что прикажут.
Позже Елену перевезли в другое поместье. Там жили и работали люди разных национальностей. Русские, украинцы. Разговаривать между собой им запрещали. Кормили плохо. Хлеба не хватало. Молоко, которое они получали от коров, до которых сами добирались на работе, им не давали. Жили в холодных и сырых бараках.
А затем произошло то, что навсегда изменило её жизнь: в ноябре Елена родила дочь.
Война продолжалась. Только теперь страх был уже не только за себя.
Путь домой
Когда советские войска начали наступление, немцы и хозяева поместья уехали. Рабочие спрятались в подвале. Около двенадцати человек несколько дней провели там под грохот танков, бомбёжку и стрельбу.
Потом пришли советские солдаты.
Елену с ребёнком отправили в тыл. Она получила работу в интендантстве: принимала молоко, перегоняла его, вместе с другими женщинами делала масло для фронта.
Очень хотелось домой.
У памятника жертвам фашизма д.Копацевичи. Здесь сожгли всю семью Ведёрко Е. Г.
Военный кладовщик Волков помог Елене получить документы о том, что она добровольно помогала советским солдатам. Он надеялся, что с ними женщине будет легче вернуться.
Дальше был товарный вагон, длинная дорога, остановка на несколько дней, переполненный поезд, плач ребёнка. Слуцк. А оттуда – Старобин.
Там Елена встретила Степана Ведёрко, брата своего будущего мужа. Он забрал женщину с ребёнком к себе. Возвращаться было некуда. В Копацевичах у Елены не осталось родных – они погибли в огне. Семья, дом, прежняя жизнь исчезли.
Елена вместе с дочерью работала в поле, жила в землянке. Трудилась от темноты до темноты. В 1946 году с фронта вернулся Николай Ведёрко, а год спустя они поженились. Жизнь продолжилась.
Память, которую передают дальше
В конце своих воспоминаний Елена Георгиевна оставила детям наказ:
«Детки, берегите семью, берегите один одного, семья – это счастья у человека».
И ещё одна её фраза звучит сегодня особенно пронзительно: «Не дай Бог вам, детки, пережить такое».
Она обращена вроде бы к родным. Но спустя годы становится обращением ко всем нам.
Память о войне нужна не ради прошлого как такового. Она нужна ради будущего. Чтобы страшные события, которые однажды уже пришли в дома наших земляков, больше никогда не повторились.
Особенно важно, что сегодня этой историей интересуются школьники. Давид Пешко не просто собирает сведения для исследовательской работы. Он задаёт вопросы, слушает, сопоставляет факты, старается понять судьбу человека, жившего почти век назад. Так память и передаётся.
От бабушки – дочери. От дочери – внукам. От семейных воспоминаний – школьному исследованию. А затем история одной женщины становится частью общей истории страны.
Пока молодое поколение хочет знать, что происходило с его родной землёй в годы войны, пока ребята задают вопросы и ищут ответы, память жива.